О помощи, спасателях и белых конях — Про Паллиатив

О помощи, спасателях и белых конях

Photo: Pixabay
Кто определяет, что лучше для подопечного: он сам или социальный работник, который приходит ему помогать? Не отнимает ли чрезмерная забота свободную волю человека и возможность самому распоряжаться своей жизнью?
Photo: Pixabay
Поделиться
08 июня 2020
Поделиться

О социальной работе как «науке о границах» рассуждает в своем блоге Анна Топилина, социальный работник-реабилитолог, работающий в интернате для сложных подростков в городе Мальмё, Швеция.

Когда я только поступила на программу социальной работы, на первом же занятии нас спросили: «Зачем вы здесь, для чего вам именно соцработа?». Большинство моих одногруппников ответили, не задумываясь, вариациями на тему «помогать людям» и «спасать утопающих». И меня это почему-то очень триггернуло и возмутило. Позднее, начитав достаточное количество литературы по теории и практике помогающей работы, я поняла почему.

Отношения помощи — как в профессиональной социальной работе, так и, например, в дружеских отношениях — это очень зыбкая почва.

Помогающему, особенно подкрепленному властью государственных институций, очень легко взвалить на себя бремя белого человека, спасающего темных дикарей, не знающих своего счастья.

Очень часто в отношениях помощи тот, кто помогает, начинает сам определять, что будет лучше для подопечного, отнимая у него при этом его свободную волю и способность самому решать свою судьбу. Подопечный переводится в категорию детей неразумных, теряет часть своей дееспособности.

Иногда такие интервенции, сделанные из седла высокого белого коня, заканчиваются успехом. Помощь, которую захотел предложить помогающий, совпала с тем, что понадобилось подопечному — и случился хэппи-энд. Кого-то вытащили из деструктивных отношений, кому-то помогли справиться с зависимостью, кого-то вытянули из проституции и так далее до бесконечности.

Однако в большинстве случаев такая «помощь», не учитывающая добрую волю принимающего, может обернуться самыми неприятными последствиями.

Позиция «я весь в белом и немножечко сверху, пришёл тебя спасать» может вызвать (оправданный) гнев у принимающего и обернуться серьезным конфликтом.

Или же — помогающий с высоты своего белого коня может не разглядеть некоторых аспектов жизни подопечного и серьезно наломать дров. К тому же, стараясь самовольно помочь другому, мы часто пытаемся решить свои проблемы — и эта неотрефлексированность может больно по нам ударить. И не только по нам.

Значит ли это, что нужно просто стоять и смотреть, как человек тонет? И да, и нет. Пока рядом с вами тонет дееспособный взрослый и дорогой вам человек — имеет смысл говорить, задавать вопросы, информировать, махать флагом «я здесь, обращайся если что» — и помогать, если на это было дано добро. Но любые попытки вмешаться в ситуацию без разрешения или свершить акт помощи над неразумным ближним — это очень плохая идея. Даже если она воплощается в жизнь из самых лучших намерений.

Быть рядом — не значит давать советыПсихолог Алена Кизино о том, как родители переживают утрату ребенка и как им в этом помочь

И да, взрослый дееспособный человек имеет полное право выбирать — даже если он выбирает зависимость, деструктивное поведение и даже суицид. Это не наша зона ответственности и не наше решение. Мы можем только быть рядом и предлагать свою помощь и поддержку. Иначе высок риск или очень испортить отношения, или утонуть самим, будучи втянутыми в чужую деструктивную динамику (привет, созависимые партнёры алкоголиков, спасательницы раненых мужчин, любительницы сидельцев и т.п.).

Существуют, однако, случаи, где безусловное и немедленное вмешательство не просто желательно, но необходимо. Но случаев таких не так уж много. К ним относится:

  • все, что касается несовершеннолетних;
  • все, что касается людей, потерявших дееспособность в связи с болезнью или старостью (и нет, сильная депрессия и тревожные состояния — это не потеря дееспособности);
  • ситуация непосредственной угрозы жизни (на кого-то, условно говоря, едет грузовик).

Все остальные — имеют полное право решать за себя, и, ступая на скользкую тропинку «помощи», мы рискуем только забрать у них последние остатки человеческого достоинства и спровоцировать такие реакции, каких лучше б никогда и не видеть.

Социальная работа, на самом деле, это наука о границах. О том, чтобы сделать как можно лучше, не считая себя при этом носителем единственно верного знания о том, что такое это «лучше» для другого человека, прислушиваясь к его пожеланиям и — да — разрешая ему разрушать себя, если это его сознательный выбор. Потому что никого нельзя спасти против его воли. Потому что все мы всегда плывем одни. Потому что пытаясь силой вытащить другого, мы чаще всего тонем сами.

И все эти же принципы отлично работают в обычной человеческой дружбе.

Оригинал статьи здесь. Текст публикуется с согласия автора.

Почитать о том, как возникает эмоциональное выгорание у ухаживающих за тяжелобольным человеком, и что с этим делать, можно в статье "Я должен, я справлюсь, я смогу". А еще у нас есть вебинар про эмоциональное выгорание - вот здесь.

Поделиться
08 июня 2020
Поделиться

Горячая линия помощи неизлечимо больным людям

Если вам или вашим близким срочно необходимо обезболивание, помощь хосписа, консультация по уходу или поддержка психолога.

8-800-700-84-36

Круглосуточно, бесплатно

«Горевать, но жить за себя и за того парня»

Психолог Марина Травкова о том, как болезнь и смерть меняют отношения близких людей

Подробнее
Психология
«Горевать, но жить за себя и за того парня»

Психолог Марина Травкова о том, как болезнь и смерть меняют отношения близких людей

«Держись», «Я тебя понимаю», «Пришло время» - как не стоит утешать

Кризисный психолог, психолог Детского хосписа «Дом с маяком» Лариса Пыжьянова – о типичных фразах утешения и о том, что на самом деле за ними стоит

Подробнее
Психология
«Держись», «Я тебя понимаю», «Пришло время» - как не стоит утешать

Кризисный психолог, психолог Детского хосписа «Дом с маяком» Лариса Пыжьянова – о типичных фразах утешения и о том, что на самом деле за ними стоит

«К детям надо идти, чтобы сделать их жизнь полноценной — и педагог обладает таким ресурсом»

Руководитель проекта госпитальных школ России Сергей Шариков — о том, для чего нужно образование детям в больнице и в хосписе, об особенностях работы в госпитальной школе и о личном опыте столкновения с тяжелой болезнью

Подробнее
Всем
«К детям надо идти, чтобы сделать их жизнь полноценной — и педагог обладает таким ресурсом»

Руководитель проекта госпитальных школ России Сергей Шариков — о том, для чего нужно образование детям в больнице и в хосписе, об особенностях работы в госпитальной школе и о личном опыте столкновения с тяжелой болезнью

«Я научилась принимать важные для меня решения без оглядки на других»

Инна Дыбенко провела три года у постели своей мамы, умирающей от БАС

Подробнее
«Давайте признаем, что мы не можем быть идеальными». Психолог - о жизни в изоляции

Зара Арутюнян - о том, в каких условиях мы оказались, и откуда брать силы в изоляции тем, кто ухаживает за тяжелобольным родственником дома

Подробнее
Важно
«Давайте признаем, что мы не можем быть идеальными». Психолог - о жизни в изоляции

Зара Арутюнян - о том, в каких условиях мы оказались, и откуда брать силы в изоляции тем, кто ухаживает за тяжелобольным родственником дома

Памятка: особенности общения с людьми с деменцией

Советы, что делать, если человек с деменцией не узнает родственника, ищет своего ребенка или отказывается принимать лекарства

Читать статью
Важно
Памятка: особенности общения с людьми с деменцией

Советы, что делать, если человек с деменцией не узнает родственника, ищет своего ребенка или отказывается принимать лекарства

«Давайте признаем, что мы не можем быть идеальными». Психолог - о жизни в изоляции

Зара Арутюнян - о том, в каких условиях мы оказались, и откуда брать силы в изоляции тем, кто ухаживает за тяжелобольным родственником дома

Подробнее
Психология
«Давайте признаем, что мы не можем быть идеальными». Психолог - о жизни в изоляции

Зара Арутюнян - о том, в каких условиях мы оказались, и откуда брать силы в изоляции тем, кто ухаживает за тяжелобольным родственником дома

Памятка: особенности общения с людьми с деменцией

Советы, что делать, если человек с деменцией не узнает родственника, ищет своего ребенка или отказывается принимать лекарства

Читать статью
Психологические и психиатрические проблемы
Памятка: особенности общения с людьми с деменцией

Советы, что делать, если человек с деменцией не узнает родственника, ищет своего ребенка или отказывается принимать лекарства

«Горевать, но жить за себя и за того парня»

Психолог Марина Травкова о том, как болезнь и смерть меняют отношения близких людей

Подробнее
Психология
«Горевать, но жить за себя и за того парня»

Психолог Марина Травкова о том, как болезнь и смерть меняют отношения близких людей

«Держись», «Я тебя понимаю», «Пришло время» - как не стоит утешать

Кризисный психолог, психолог Детского хосписа «Дом с маяком» Лариса Пыжьянова – о типичных фразах утешения и о том, что на самом деле за ними стоит

Подробнее
Общение
«Держись», «Я тебя понимаю», «Пришло время» - как не стоит утешать

Кризисный психолог, психолог Детского хосписа «Дом с маяком» Лариса Пыжьянова – о типичных фразах утешения и о том, что на самом деле за ними стоит

«К детям надо идти, чтобы сделать их жизнь полноценной — и педагог обладает таким ресурсом»

Руководитель проекта госпитальных школ России Сергей Шариков — о том, для чего нужно образование детям в больнице и в хосписе, об особенностях работы в госпитальной школе и о личном опыте столкновения с тяжелой болезнью

Подробнее
О паллиативной помощи
«К детям надо идти, чтобы сделать их жизнь полноценной — и педагог обладает таким ресурсом»

Руководитель проекта госпитальных школ России Сергей Шариков — о том, для чего нужно образование детям в больнице и в хосписе, об особенностях работы в госпитальной школе и о личном опыте столкновения с тяжелой болезнью

«Я научилась принимать важные для меня решения без оглядки на других»

Инна Дыбенко провела три года у постели своей мамы, умирающей от БАС

Подробнее